Подпись Максима Фадеева в документах об авторских правах оказалась поддельной

Как сообщает ТАСС со ссылкой на материалы дела, специалисты пришли к выводу, что подпись на ряде бумаг была выполнена не самим Фадеевым, а иным лицом.

Речь идет о документах, касающихся авторских прав на музыкальные произведения, вошедшие в пять альбомов продюсера. Именно эти материалы, по версии следствия, могли быть использованы для придания спорным требованиям видимости законности и последующего введения суда в заблуждение.

Источник в правоохранительных органах пояснил, что выявленная подделка стала важной частью конфликта между потерпевшим, обвиняемыми и пока неустановленными участниками схемы. По данным следствия, именно фальсификация судебных документов могла стать ключевым элементом мошеннических действий, вокруг которых и развернулось расследование.

По словам представителя защиты потерпевшего, предполагаемым организатором схемы, связанной с подделкой подписи Фадеева на авторских документах, может быть Андрей Черкасов, который в настоящее время находится в СИЗО. Не исключается, что именно он ввел в заблуждение М. Кувшинова и Линду, и те на протяжении многих лет могли не подозревать, что распоряжаются правами Фадеева, полученными незаконным способом.

В защите также обращают внимание на то, что подобные схемы нередко строятся на цепочке посредников и формально добросовестных участников, которые не всегда осознают весь масштаб нарушений. Поэтому, как полагает сторона потерпевшего, важным вопросом остается установление того, кто именно инициировал оформление спорных документов и как именно происходила передача прав.

Расследование уголовного дела о мошенничестве, связанном с авторскими правами на музыкальные произведения Фадеева, по-прежнему продолжается. По словам собеседника агентства, следствие не исключает появления новых фигурантов и дальнейшего расширения круга лиц, причастных к этой истории. В центре дела, помимо возможных организаторов схемы, оказались продюсер певицы Линды Кувшинов и сама исполнительница.

Вокруг этого дела с самого начала было много внимания, поскольку оно затрагивало не только известных участников музыкального рынка, но и вопросы законности оформления авторских прав. Подобные споры нередко вызывают резонанс, так как речь идет о правах на популярные песни, финансовых интересах и возможных злоупотреблениях при оформлении документов.

В мае СМИ сообщили о задержании первой и обысках у нее, Кувшинова, а также в компаниях «Профит» и «Компания Топ 7», которые принадлежат гендиректору музыкального издательства «Джем» Андрею Черкасову. На тот момент Черкасов уже находился в СИЗО, что только усиливало интерес к расследованию и его возможным последствиям для всех причастных сторон.

Следствие проверяло версию о подделке документов и незаконной перерегистрации прав на песни. По данным проверки, Линда якобы переоформила права на себя совместно с директором «Профит» Дарьей Шамовой, а Кувшинов и другие неустановленные лица могли заключать фиктивные договоры. В результате, как утверждалось, был нанесен ущерб более чем на 1 миллион рублей. Такие схемы, если они действительно имели место, обычно рассматриваются как особенно серьезные, поскольку они затрагивают не только имущественные права, но и репутацию всех участников процесса.

В итоге певицу опросили и оставили в статусе свидетеля, тогда как ее продюсер был задержан и отправлен под домашний арест. Расследование, по сути, продолжило развиваться уже в правовой плоскости, где следствию предстояло установить, кто именно принимал решения, насколько законными были оформленные документы и имела ли место преднамеренная схема по переоформлению прав.

На протяжении многих лет Фадеев неоднократно предпринимал попытки решить возникшие разногласия без эскалации конфликта и предпочитал искать компромиссные, мирные варианты урегулирования. В связи с этим он воздержался от комментариев по поводу процессуальных деталей дела, а также не стал обсуждать личные обстоятельства других участников конфликта, подчеркнув, что считает это некорректным и преждевременным. При этом он отметил, что на протяжении последних 30 лет старался действовать максимально сдержанно и добиваться результата исключительно законным путем, именно поэтому в дальнейшем намерен придерживаться только правовых механизмов.